2008…
море Г. ( о. К.)
мираж
Яркое солнце, безоблачное небо и синие воды моря. Волны танцевали, наступая пушистой белой лапкой на мелкую гальку. Белыми запятыми на небе выглядели летящие птицы. Прямо у берега, вместе с наступающей волной десятки мальков описывали круги. Чуть подальше, осторожнее и кучнее резвилась большая рыба, жадно бросающаяся на кусочки хлеба. Вода у берега давно прогрелась; и я сидела на гальке, опустив ноги в воду, размышляя, и щурясь на солнце. Надо было возвращаться – меня уже позвали, но волны были такими нежными; рыбы, бросающиеся за кусочками хлеба, такими голодными, а время таким неспешным …
Пришли выходные, а с ними побег из города, от работы, от будничной жизни, сюда, в этот нереальный мир из моря и зелени. Мы были не единственными из редких гостей - природную музыку иногда нарушал шум машин , ищущих удобное место для стоянки. Из-под колес поднималась пыль, закрывая местные пейзажи серым недолговечным облачком. Компании росли, палатки становились группами, но людей было немного, а место дикое и большое; ветвистые деревья и зеленые ряды трав и кустарников защищали от ненужных глаз. Где-то над головами пели птицы. Смутные очертания далеких холмов другого берега смотрелись волшебным миражом.
Время проходило незаметно, все шло как обычно, и в этом пикнике я бы не усмотрела ничего запоминающегося, если бы не эта встреча.
Было весело, шумно, забавно, сыто, и много всяких хорошо – но главное – была она. Высокая, стройная, со спокойным и дружелюбным лицом, которое не было красивым, но симпатичным и милым, не вызывающим сомнений в силе воли и интеллекте. Красивая грудь в открытом купальнике, заразительный смех, нежность, доброжелательность, мягкая спокойная улыбка все это вызывало непонятное волнение у меня.. И хотя мы были одного возраста, казалось, что она старше, умнее, опытнее. Двоякое чувство мучило выбором: хотелось молчать, чтобы не выглядеть глупо, и беседовать, чтобы узнавать новое. Но кажется, ей больше нравилось слушать. Короткие остроумные замечания не говорили много о жизни, и только выяснилось – она врач, работа заменяет ей семью.
И когда случайный ожог от огня шашлыка съедал болью мою руку, она сразу приложила бутылку со льдом, и как не странно это хорошо помогло – через какое то время рука перестала болеть совсем. Выслушивала всю ерунду, что я решалась рассказывать в шутливой форме и заразительно смеялась. Она весело, эротично позировала, когда я старалась остановить мгновение и щелкала вокруг фотоаппаратом. Звала меня каждый раз, собираясь купаться, а я всегда опаздывала. А потом ждала меня из воды, и это было так трогательно, так по родному. Я каждый раз просила не ждать:* я плаваю плохо, и можно не дождаться*, но получала серьезный ответ, что тогда именно врачу важно быть недалеко. Я действительно плаваю неважно, но я готова была стать рыбой, чтобы кто-то ждал меня. Это очень хорошо, это так приятно, это - счастье, когда кто-то, кто тебе нравится, ждет тебя… Вечером, после купания и шашлыков мы играли в домино. Она весело посылала меня на *базар*, когда у меня не было чем играть и выигрывала , выигрывала...
А утром следующего дня я встретила пожеланием с добрым утром, мы быстро помогли готовить завтрак. Он был прелестно привычен с прошлого дня – мясо с огня и салаты. Салаты – наши, а мясо делали мужчины из нашей большой компании.
День мы провели вдвоем, путешествуя по прибрежному городу и по берегу моря. Гуляли, разговаривали, шутили, делали покупки. Хохотали в машине, подпевали под старые популярные песни, обсуждали новости и вспоминали анекдоты. Вечером было запланировано катание на катерах, водных велосипедах и мотоциклах, полеты на воздушных змеях и парашютах над морем. Мы с удовольствием одолели почти половину *морской* программы. Вернулись к своем друзьям и палаткам, оставив о виндсерфинге незабываемые теоретические впечатления. Ночь принесла свое : разговоры, смешные истории, взгляды на звезды, и опять разговоры. Шашлыки в ночи, треск огня в ярком костре, редкие вспышки на черном небосводе, пугающие шорохи местных животных, и ощущение полного уединения…
Рано утром, пока все спали, мы ускользнули к морю.
Пройдя по берегу дальше, в разговоре, неожиданно набрели на уединенную бухту, окаймленную высокой, желто- зеленой травой. Она была как будто отрезана от мира, а сам мир еще не проснулся –и дышал небывалой для горожан тишиной. Не было слышно людей, вода манила ровной девственной гладью; где-то вдалеке виднелся единственный пловец с утра. И понятно почему -утром вода была еще прозрачнее и намного холоднее. Только сильное желание могло заставить зайти в воду. И даже долгий и упорный заплыв не помог согреться. Мы заходили медленно, а плавали сравнительно быстро, и даже решились на соревнования друг с другом. Вокруг по-прежнему не было ни души, длинноногая цапля пролетела над нами, села прямо на берег, и словно строгая учительница, подозрительно склонив голову, медленно зашлепала в кусты. Глядя на нее, мы переглянулись и начали смеяться, И я на минутку ушла под воду. Поперхнулась. Мир стал бело-голубым, а потом потерял звук и погрузился в темноту
…………………………………………………………………..
Я лежала на мягком полотенце, ноги ниже щиколоток находились еще в воде, странные ощущение напряженности и чужой воли не покидали меня. Потом, почувствовав сильные прикосновения мягких пальцев на себе и чужих губ на моих, я поняла все. Гадкие ощущения вдруг заставили меня согнуться, отклониться по возможности в другую сторону от спасительницы и избавиться от лишней воды в теле. Я тяжело легла обратно, и приоткрыла глаза. Непривычно тревожное лицо, такое как я полюбила, но тревожное склонилось надо мной.
---Все хорошо,- сказала она и улыбнулась - ты напугала меня.
-Правда? Что случилось?- Я постаралась сказать это насмешливо, но голос был сиплый, и меня начинало трясти.
Она накинула на меня свое полотенце, но продолжила растирать мои руки под ним.
- ты просто захлебнулась. Сейчас уже все хорошо, жить будешь..
-Да уж,- стуча зубами, отозвалась я – обнадеживает, доктор.
Она почему то тихонько засмеялась, и начала рассказывать мне как я ушла под воду, и пришлось вытягивать меня на берег, делать искусственное дыхание, растирать.
Ее прикосновения были такие … спокойные, медицинские и правильные. А внутри меня натягивалась невидимая тяжелая струна, ждущая другого, безумного. Ласки, дозволенности, но нежности, понимания. Я ощущала мягкие прикосновения ее тела к моему, когда она двигалась, растирая мои руки. И тело таяло, дрожа от холода. Одновременно грудь сковало неприятным морозом, как горы, на вершинах покрытые льдом… Дикое волнение и желание дышали в полную силу. Мечты обрели возможность и надежду…………………………………..
Волны невозмутимо набегали на берег, в вечном движении. Высокая трава позади нас почти не двигалась в безветренную погоду. Я решилась, и потянулась к ней, к ее губам, объясняя все глазами, в которых было и желание, и просьба, и извинение. В этом немом движении был вопрос о будущем - позор или счастье, любовь или острое неприятие, мой сиюминутный отъезд, дальнейшие мучения или ночь в палатке вместе, познание души и тела – и наше возможное будущее , и наконец любовь или ненависть - и все это зависело от одного движения.
Мир замер надо мной, когда моя просьба была увидена. Сердце остановилось вместе с ним. И тяжелым ударом ухнуло куда то вниз , когда ее лицо тронула улыбка.
-не надо было этого делать - сказала она, придвинувшись ко мне вплотную, и я почувствовала холодные сладкие губы. И только потом в моей голове лениво и весело возник вопрос, который не хотелось задавать, вопрос о том – догадалась ли ты, вопрос по существу, что ты имела ввиду - - тонуть? Или целоваться ?
-не знаю о чем ты, но оно того стоило.. подумала или сказала я вслух .Но мысли растворились в ощущениях, в желаниях, в мыслях о нас. В безумно удачной встрече и бесконечном будущем …
